В ТЕНИ ЭЛЬБРУСА
путешествие третье
«Как-то раз перед толпою
Соплеменных гор
У Казбека с Шат-горою
Был великий спор».
М. Ю. Лермонтов
Самая большая и высокая гора Кавказа Эльбрус упоминается в стихотворении великого русского поэта как Шат-гора. Даже в эпоху войн этот суровый каменный гигант был вдали от сражений. Может быть потому, что он сам способен уничтожить любую армию, на его ледяных склонах не было сражений, за исключением эпизода Второй мировой войны.
Двуглавый Эльбрус (высота Западной вершины 5642 метра, Восточной - 5621 метр, седловина между вершинами на высоте 5416 метров) - единственный молодой вулкан Кавказа. Диаметр в основании около 18 километров. Гипотетически, по мнению некоторых ученых, его можно отнести к действующим вулканам: на его склонах обнаружены выходы горячих паров. Огромная гора покрыта стометровым ледяным панцирем, с вершины стекают ледники: Большой и Малый Азау, Гарабаши, Терскол, Ирик, Ирикчат, ледяное плато Джикаугенкез оканчивается ледниками Кынчырсырт, Микельчиран. Ледники питают реки бассейнов Кубани, Малки, Баксана.
Мое личное впечатление: Эльбрус - суровый старец-великан, у ног которого шалят внуки и снуют обмельчавшие потомки - Чегет, Азау, Накра, Донгуз-Орун, Ушба, Шхельда, Джан Туган, Уллу-Тау и еще бесчисленное множество других - 200 суровых и неприступных вершин Центрального Кавказа, освоенных альпинистами, каждая из которых легенда. Но все они с вершины Эльбруса кажутся пригоршней семечек, оброненных на землю.
Эльбрус притягивает людей. Паломничество альпинистов не прекращается многие десятилетия. И многие неопытные восходители остаются на Эльбрусе, иногда в виде табличек с именами на камнях и скалах, иногда исчезают бесследно. Он не любит суеты и не прощает ошибок. К восхождению на Эльбрус даже опытные альпинисты со стажем готовятся серьезно.
Здесь погода может поменяться за считанные минуты. В самую жару августа на вершине минус двадцать и ледяной ветер. Лучшее время для подъема на Эльбрус июль-август. По проведенным оценкам в это время наименьшая возможность обморожения. По условиям Кавказа требуется не меньше четырех дней акклиматизации на склонах горы при повышении дозы приема витаминов, потреблении жидкости до пяти литров в день, с проведением тренировочных выходов до высот около 5000 метров.
Все это нужно знать и учитывать. И лучше отступить, чем неправильно рассчитать силы
1. СУЕТА ВОКРУГ ЭЛЬБРУСА
Во главе нашей группы Володя Дзюбак. Задача одна: подняться на Эльбрус.
В поселке Терскол заснеженные вершины вдруг оказались совсем рядом. Позади осталась лесная дорога с земляникой на обочине. Здесь пахнуло ледяным дыханием гор, даже августовское солнце не кажется жарким. Первая наша стоянка на поляне Азау. Нам нужно придти в себя после дороги, переждать дождь.
В ущелье течет река, напротив почти отвесно поднимаются склоны гор. Вдоль реки постоянно ходят наряды пограничников. Они охраняют выходы всех ущелий со стороны Грузии. Граница есть, она без колючей проволоки, но тут и проволока не нужна.
Пограничники тоже греются у костра. Под дождем в обычной солдатской форме не очень-то уютно. Зонтики не положены, плащей и накидок мы не увидели.
Вокруг живописная природа и стоят пустующие гостиницы. Соотечественники боятся оказаться в зоне военных действий. Но войны нет. Иностранцы это знают и приезжают: австрийцы, немцы, англичане, японцы. Одни требуют экзотики, другие тренируются.
Мы не поехали вверх подвесной дорогой по двум причинам: во-первых, дорога на ремонте, во-вторых, нет лишних денег, и Дзюбак считает, что нам все равно нужна акклиматизация. Идем пешком.
По литературным рекомендациям лучше подняться подвесной дорогой, при этом граница горной болезни поднимается до 5000 метров, а при физической нагрузке снижается до 3000 метров. У нас все будет выше 3000. Но лучше помучиться. Это понимают все. Идти трудно, за день неспешного подъема мы набираем километр высоты.
Холодно. Льет дождь, и горная болезнь «достает» нас обычной усталостью. Ночуем на станции подъемника «Мир». Поскольку подъемник все равно не работает, умудряемся поставить палатки внутри его ангара. Но и там согреваемся не сразу.
На следующий день идти чуть веселее: нет дождя. Вокруг панорама гор. Вечные снега. За ледником Гарабаши доходим до Приюта Одиннадцати (хотя он на 120 человек, сейчас там живут одни иностранцы). Уходим чуть выше Приюта правее по ходу вверх к скалам. Потом с высоты приюта Пастухова мне показалось, что эти скалы стоят кольцом, напоминая занесенный снегом боковой кратер вулкана. Может быть так оно и есть.
На скалах достаточно мест для палаток. Жаль, что все равно с какой-нибудь стороны ветер будет задувать, но и это защита. Мы тут не одни. Рядом два парня из Англии. Совсем молодые, не старше 19 лет. Наивные, спрашивали, где тут можно пойти подзарядить газовый баллончик для печки. У них крошечная, но очень хорошая палатка, специально для высокогорья с сильным ветром. Ребята поднялись до седловины Эльбруса и по очереди спустились оттуда на лыжах. Очень осторожно и медленно. Потому что страшно. Но фотографии останутся у них на всю жизнь: с Эльбруса на лыжах!
Выходим к скалам Пастухова. Они выделяются среди снега далеко вверху. На высоте 4610 метров. Снизу кажется, что это полпути к седловине. Не нужно обольщаться, лучше сразу знать, что это только четверть пути. Да и не все можно измерить метрами. А этот километр подъема от скал Пастухова до Западной вершины можно приравнять к десяти.
Мы не одиноки. Здесь тренируются три альпиниста из Японии. Миниатюрная девушка и два парня. В ярких красных костюмах, двойных пластиковых ботинках, маленькие, как дети, по сравнению со своими проводниками из местных инструкторов. Картина незабываемая: японец идет вниз по склону, а его на «веревочке» ведет здоровый парень из наших.
На ратраке привезли почти к скалам группу «экскурсантов» из Приюта Одиннадцати.
Все сплошь иностранцы в ярких разноцветных и наверняка теплых одеждах. Это тоже акклиматизация. За два доллара. Потом мы все вместе пойдем к вершине. Погода солнечная. Снег плотный и хороший. Кошки держат. На следующий день поднимаемся выше, примерно до 5000 метров. Дзюбак считает, что так надо и не спешит с восхождением.
Выходить на штурм вершин на Кавказе принято примерно в три часа ночи. Такая практика себя оправдывает. За ночь снег смерзается и становится плотнее. К спуску, после полудня, он более рыхлый, спускаться можно, подниматься труднее.
В нетерпении я проснулся и первым выбрался из палатки. Погода прекрасная.
Луна светит. Звезды. Тихо и свежо. Только над Восточной вершиной едва заметное перышко облачка.
Дзюбак всех разбудил, начали собираться. Пока ребята приладили кошки к ботинкам, пока собрались, прошло минут двадцать... и началась метель. Все равно пошли, надеясь на улучшение погоды. Но с полдороги к скалам Пастухова пришлось срочно возвращаться. Пурга, ветер, видимости никакой, даже не видно нашего палаточного лагеря, не то, что вершин. Два дня бушевала непогода.
День продержались, потом ушли в Приют Одиннадцати. Для нас нашлось место в бывшей кухне на первом этаже. Заодно ознакомились с Приютом. Рядом развалины дизельной - ее разрушили во время войны, а после так и не смогли восстановить. Оригинален туалет, он расположен над пропастью, где-то далеко внизу летают вездесущие вороны.
