На рис. - изображение Александра Невского

Русские князья были связаны с половцами семейными узами: например, половецкий хан Кончак приходился князю Игорю (князь Новгород-Северский, герой «Слова о полку Игореве») сватом, сын Игоря Владимир был обручен с ханской дочкой. Это было в обычаях того давнего времени. Не исключено, что Александр Невский сын половчанки: отец Александра князь Ярослав Всеволодович женился на дочери половецкого хана Юрия Кончаковича (1205 г.), второй брак – женитьба на дочери московского князя Мстислава Удалого Ростиславе (после 1210 г.), третий – с Феодосией, дочерью рязанского князя Игоря Глебовича (около 1218 г.). Историки до сих пор не могут разобраться с детьми Ярослава и их матерями. Но достоверно известно, что бабушкой его была дочь хана Котяна
В 1184 г. после неудачного похода князя Игоря и проигранного трехдневного сражения в мае 1184 г. окрыленные победой, половцы ринулись на Русь во главе с Кончаком и Гза (которого еще звали Гзак, Кза, Кзак – очень напоминает слово казак).
До первого появления татаро-монгол и битвы при Калке половцы (кипчаки, куманы), прожили в южных степях Украины 178 лет, воюя и роднясь с соседями. К этому времени устоялись территории, принадлежавшие княжествам средневековья, в том числе – двум половецким, каждое из которых относилось к Днепру и Дону: Белая Кумания Бонякидов и Черная Кумания Шаруканидов. Общая площадь степи Дешт-и-Кыпчак составляла около 350 тысячь кв. км
Взаимоотношения русских княжеств с Половецкой землей (Дешт-и-Кыпчак) исследовали множество ученых-историков. Интересные сведения собраны воедино в работах Льва Николаевича Гумилева, ученого, рассматривающего историю в единстве с законами биологии, географии, климатологии и истории религий. В его книге «Древняя Русь и Великая степь» так он описал появление на Руси половцев:
«Никогда ничего не кончается» – таково мнение современников любых исторических событий, потому что «начала» и «концы» всегда тесно переплетены друг с другом. Различить их можно только на большом расстоянии. Вот почему проникновение сельджуков в Иран и Малую Азию, а половцев – в Причерноморье казались хронистам XI в. только очередными вариациями расстановки сил. Но этнолог, имея ретроспективу древней истории этих этносов и зная их последующую судьбу, может отыскать их место и определить степень их значимости для соседей и потомков».
Любопытная трактовка истории половцев в их взаимодействии соседями связывает цепь логических последствий различных событий.
Вот как пишет Л. Н. Гумилев: «Степь между Алтаем и Каспием была полем постоянных столкновений между тремя этносами: гузами (торками), канглами (печенегами) и куманами (половцами). До X века силы были равны, и все соперники удерживали свои территории. Когда же в X веке жестокая вековая засуха поразила степную зону, то гузы и канглы, обитавшие в приаральских сухих степях, пострадали от нее гораздо больше, чем куманы, жившие в предгорьях Алтая и на берегах многоводного Иртыша. Ручьи, спадающие с гор, и Иртыш позволили им сохранить поголовье скота и коней, т. е. основание военной мощи кочевого общества. Когда же в начале XI века степная растительность (и сосновые боры) снова начали распространяться к югу и юго-западу, куманы двинулись вслед за ней, легко ломая сопротивление изнуренных засухой гузов и печенегов. Путь на юг им преградила пустыня Бетпак-Дала (современный Казахстан), а на западе им открылась дорога на Дон и Днепр, где расположены злаковые степи, точно такие, как в их родной Барабе (современная Барабинская степь, Россия). К 1055 г. победоносные куманы-половцы дошли до границ Руси.
Половцы не все переселились на запад. Основные их поселения остались в Сибири и Казахстане, до берегов озер Зайсан и Тенгиз. Но как всегда бывает, ушла наиболее активная часть населения, которая после побед над гузами и печенегами столкнулась с Русью».

Далее
Выход